Александр Покровский

Армия модернизируется

2006-02-06T16:33:34Z

Здравствуйте, Павел. У меня есть ответ.

Генерал из Генштаба написал меморандум. Просто отлично.
Конечно, задачи - это здорово, но армия-то набирается с помощью облав.
Ловят молодняк для исполнения долга.
Я слабо понимаю слово "долг".
Когда-то государство мне давало пожить в квартире за три рубля. При моих шестистах рублях на подводных лодках - сущая ерунда. Такую же ерунду я платил почти за всё.
И рождались тогда почти бесплатно. В придачу, правда, стафилококк, но ведь бесплатно! Образование - худо-бедно, потом поликлиника, больница, лекарства:
Еда - мясо два рубля (себестоимость пять). Одежда - жуть просто, но за малые деньги. Умер - зарыли в землю почти даром.
При этом раскладе ясно было, что я что-то этой стране, все-таки, должен.
Теперь - деньги плати за всё (даже за стафилококк), а тебе - как получится.
Где здесь тот долг, за который ловят в метро? Не понятно. Долг - это то, что передается в утробе, а попадает он туда вместе со сперматозоидом?
А если выкидыш, то таким образом выкидывается и долг?
Если так, то в ближайшее время надо ждать закон об отмене абортов.
Вот какие мысли рождаются при чтении этой штуки из Генштаба.
Да! Там еще хвалится Генштаб вообще, мол, молодцы. Ну, что ж, самое время.
А операция на Кавказе (ладно, не будем называть это войной)?
Это как что? Это как позор или как достижение Генштаба? Когда я вижу по телеку пацана, который объясняет мне, что он идет на высоту, а там, на высоте из дота его поливают огнем, а он идет для того, чтоб по нему (по пацану) скорректировать ответный огонь по этому доту, то эта тактика поведения от Генштаба или от кого?
Когда мне говорят, что не могут поймать главарей, то у меня возникает сразу две мысли: или у нас нет разведки, или она есть, но вовремя приходит команда "Отставить!".
Вот это я могу отнести к генералам из Москвы?
А еще у генерала в тексте есть: "незавершенность делимитации и обустройства Государственной границы" - о, как! Так вот, хочется спросить: доколе? Сколько лет у нас так граница стоит? Двадцать? Тридцать? Пятьдесят?
Мне тут недавно обещали (опять-же, по телеку), что у нас скоро мышь не проскочит, а если и проскочит, то только в инфракрасных лучах. Так вот, хочется узнать: как скоро она будет в этих самых лучах?
А вообще-то можно вооружать и перевооружать всё, что угодно, но если у тебя армия живет не по уставу, а по законам зоны, сделать что-либо невозможно.
В 70-х годах, в училище, я понимал, что такое устав. Я понимал, что в строгом соответствии с ним, я пальцем подчиненного не могу тронуть. Только голосом. Только командой и только без мата. Чудеса, но в училище офицеры матерились редко. Наверное, все это от налаженной и размеренной жизни, и когда я пришел на флот, то там этого было хоть отбавляй, но одно я знаю точно: если есть дедовщина в части, то в части нет офицеров. Или они занимаются рукоприкладством так же, как и солдаты второгодоки. Они ничем от него не отличаются. Это значит, что командир части бьет рожи лейтенантам, а они солдатам. А те - друг другу.
А с такой армией можно сколько угодно писать о достоинствах нашего Генштаба.

PK> Александр Михайлович, здравствуйте!

PK> Читали в последней "Красной звезде" статью от начальника Генштаба?

PK> Ниже статья полностью, а вот пара выдержек:

PK> "Необходимы взвешенный, системный подход к обеспечению
PK> безопасности России, принципиально новые взгляды на военное
PK> строительство в Российской Федерации и новые методы управления им.
PK> Основные из них:
PK> - отказ от принципа "симметрии", т.е. от стремления
PK> любой ценой сохранить количественный паритет с потенциальным
PK> противником, и переход к строительству Вооруженных Сил и военной
PK> организации в целом на основе "асимметрии" с определением
PK> приоритетов, обеспечивающих реальное сдерживание угроз;
PK> - поиск путей максимизации эффективности применения
PK> вооружений и военной техники и военной силы в целом в пределах
PK> ограничений в ресурсах, в первую очередь - финансово-экономических;

PK> ...НАИБОЛЕЕ важные приоритетные направления военного строительства.
PK> Качественная модернизация Вооруженных Сил при
PK> одновременном сокращении мобилизационной базы и дальнейшем
PK> развитии соединений и частей постоянной готовности, разведки,
PK> связи и радиоэлектронной борьбы. Достижение в них оптимального
PK> соотношения боевых и обеспечивающих войск (сил) с целью создания
PK> самодостаточных группировок на стратегических направлениях."

PK> Александр Михайлович, может и правда что-то меняется в армии, как думаете?
PK> Я читал и думал - вот Вы же например писали про подлодки, что
PK> не нужен нам огромный подводный флот с сотнями ракет, нужны
PK> быстрые и малошумные подлодки.

PK> (Да, и еще если есть у Вас что-нибудь из дневниковых заметок
PK> - не могли бы Вы их тоже прислать, опубликуем, хорошо?)

PK> С уважением, П.Кожев

PK> Генерал армии Юрий БАЛУЕВСКИЙ: ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ШТАБ И ЗАДАЧИ ВОЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА
PK> ---------------

Best regards,
Александр

apokrovski @ 2005-12-25T23:03:00

2005-12-25T20:09:52Z

Hello Pavel,

Wednesday, December 21, 2005, 1:43:08 PM, you wrote:

PK> Здравствуйте, Александр Михайлович.

PK> Вот, прочел тут хорошую статью про реформу ВС (текст ниже).
PK> Думаю, Вам будет интересно прочитать. Хотя Вы и так это все знаете
PK> и про это говорили. Про засилье чиновников, бессмысленные метания
PK> власти, разваливающееся все вокруг при полнейшем всеобщем
PK> равнодушии.

PK> Вы говорили - я хорошо помню Ваши заметки.
PK> Мне очень не хватает Ваших слов о текущих событиях. ОЧЕНЬ не
PK> хватает. И думаю, что тем 500-м людям, что все еще читают Ваш
PK> дневник - тоже не хватает.

PK> Александр Михайлович, давайте вернем ваши заметки в
PK> Livejournal, а? БЕЗ ОБСУЖДЕНИЙ! Я теперь абсолютно уверен, что
PK> любые _обсуждения_ в формате livejournal - безусловное зло,
PK> отнимающее время и плодящее бессмысленную злобу. Но при этом люди
PK> должны иметь возможность свободно читать Ваши дневниковые заметки.

PK> Формат Livejournal-а позволяет это, и с легкостью.

PK> Черт, если бы на Вашем неофициальном сайте нормально
PK> показывались ежедневные заметки - я бы не стал Вас беспокоить
PK> глупыми просьбами. Но там читать их очень неудобно, разыскать
PK> невозможно, подача материала не позволяет читать все нормально и
PK> привычно.

PK> С уважением, Павел Кожев

PK> ---------------
PK> Опубликовано в журнале:
PK> «Знамя» 2005, №12
PK> публицистика
PK> Александр Храмчихин
PK> Военное строительство в России

PK> http://magazines.russ.ru/znamia/2005/12/hr9-pr.html

Здравствуйте, Павел. Я вообще не хожу ни на какие сайты, в том числе и
на свой. Даже не знаю что там творится. Посылаю иногда туда свежие
материалы, а ставят их или не ставят - отслеживать это уже выше моих
сил. Времени не хватает.

Если Вам очень нужно мое мнение о текущих событиях, то спрашивайте у
меня про них в частном порядке, а потом нашу переписку публикуйте на
своем сайте. Будет ли это заметками в Livejournal, не знаю, но могу
предложить вот такой выход. Не называйте его ЖЖ, а называйте
перепиской.

По материалам о военной реформе.
Чувствуется, что у человека душа болит за державу. Это, в общем-то,
неплохо. Раз болит, значит она есть.
Я же смотрю на все это со стороны. Стараюсь обходиться без эмоций. Так
виднее.
Страна, под названием Россия имеет целую кучу географических
недостатков, в силу которых управлять ей сложно. Все-таки, 11 часовых
поясов. Управленческий зуд развивается примерно к 15 часам ежедневно,
а в это время в Петропавловске-Камчатском полночь. Как управлять, если
после Уральского хребта все постепенно отходят ко сну?
Страна большая, но климатически неуютная - на 90% территории 9 месяцев
зима. Природных богатств много, но дорог до них до сих пор нет (во
многом и слава Богу, целей будут).
И света нет. Не везде у нас свет. Я уж про газ и не говорю.
А население в основном сосредоточено вдоль южной границы.
Так что стычки с соседями неизбежны.
Сегодняшняя Россия - это страна чиновников. Она под чиновником и для
чиновников. Тут все заточено под их быт.
Остальное население - это пища для чиновников, делящих бюджетные
деньги. Дается на всех, а делят немногие. Эта ситуация деления яйца. В
яйце вдруг образуется два желтка, и они начинают растягиваться в
разные стороны. Когда-нибудь яйцо лопнет. Этакий взрыв изнутри. Он
неизбежен. Нельзя растягивать яйцо до бесконечности.
То есть, наши чиновничье готовит себе могилу. При этом все они готовы
хоть завтра выехать зарубеж к своим западным счетам. Но тут не так все
просто. Дело атомщика Адамова показало, что за рубежом их ждут, чтоб
деньги отобрать.
При этом наше чиновничье все время раздражает кормильцев. То с Ираком
не так, то с Ираном, то Северной Корее что-то там наговорят, то с
Сирией игры устроят.
Америка не довольна. Нападать на нас она не будет, потому как это все
равно, что на свой штат нападать - у нас же с ними одна валюта -
доллары. Вот принимали бы в оплату за нефть рубли, вот тогда б была б
проблема, а так - чего своих-то громить. Тем более, что эти свои любые
американские деньги поглащают - просто черная дыра какая-то.
Американцы нас не трогают, но Адамова посадят. А нашим чиновникам это
все как кошмарный сон.
Представьте: вы воруете, складываете, а потом приходит американский
антикоррупционный комитет и говорит, что деньги ваши получены
нечестным путем. И тут речь не о бизнесменах, а о чиновниках. Все же
знают, что на госслужбе миллионов не заработать, а тут - миллионы и
даже миллиарды. И счет ваш арестовывается где бы он не был - в Америке
или в Швейцарии. И вот тогда (от страха) взоры свои наши чиновнички и
обратили в сторону Китая и АСЕАН, где в большинстве своем банки
находятся в руках китайцев - а не разместить ли нам деньги там?
Мне кажется, такое объяснение "необъяснимой" в последнее время любви к
Китаю вполне уместно.
Вот только Китай думает не на день вперед и не на год вперед. Он
думает на тысячу лет вперед. И любит Китай только Китай. Деньги там
можно разместить, вот только взять назад нельзя.
Знают ли об этом наши чиновнички? Может и знают. Они же обладают
зверинной выживаемостью. Нервничают, конечно. Но... глаза боятся, а
руки делают. Мечутся, как отравленные крысы. И везде гадят. То
американцам, то еще кому-то. И все это белыми нитками шито. Все
навиду. Все такое тупое, что иногда думаешь: да нет, не может быть,
чтоб так примитивно все обстояло. Наверняка что-то позамысловатестей.
А на проверку - все по тупому.
И своего народа им не жаль. Сколько его они еще положат - одному Богу
известно.

Насчет профессиональной армии. Тут какая-то эквилибристика со словами
"наемник" и "профессионал". Наемник - плохо, профессионал - хорошо, он
родину любит.
Офицер - профи, а контрактник - только за деньги, да и побежит чуть
чего.
Ребята. Все дело в отборе кадров. И в их подготовке.
Если отбираете из помойного ведра, то это и будут помои.
Офицер - тот же наемник, только отбор у него другой. Офицер проходит
очень долгое вытачиваение. Ослабьте - и у вас будут дерьмовые офицеры.
Дедовщина - она же от офицеров.
Конечно, хорошо бы иметь старшин, но - увы.
Нужен очень хороший, кадровый отбор.
Но он возможен тогда, когда там, на самом верху, это кому-то надо.
А если только деньги делим, то с армией не успеть.
Вчерашний школьник никому не нужен. И это чушь. Не обучить его сложной
технике за полгода. Я пришел на лодки с высшим образованием, офицером, и только
через пять лет неприрывного плавания я стал что-то из себя
представлять. А год, да со школой современной - чушь. И студентов не
надо брить всех подряд - разные люди. Многие слабы не только телесно,
но и душевно. За 10 лет у меня 3 матроса сошли с ума. Должен быть
серьезный психологиеский отбор. Не все могут быть солдатами, не все
могут быть сержантами и не все могут быть офицерами. А среди офицеров
не все могут служить летчиками, и не все могут быть подводниками.
То, что на Западе в армиях служат по призыву - это правда. Случается
такое. Только у них призыв другой. Там все другое, даже тюрьма другая,
так что ж говорить про армию? Да! Возьмем, к примеру, Швецию и у них
есть призыв в армию. Но! Там призыв ГОРАЗДНО МЕНЬШЕ ЖЕЛАЮЩИХ СЛУЖИТЬ.
Там не надо ловить и заставлять. Там сами приходят и просят. Потому
что это почетно. И отбирают там лучших из лучших. И служат они. Ночуют
они дома, а на службу приезжают утром на своих машинах. В казарме
ночует только караул и те, что на дежурстве. Так служить можно,
конечно.
Не то, чтобы это совсем потешные войска. Их учат, конечно - стрельбы,
тактика, прыжки с парощютом, десант - все, как положено, но... там в
основном учат обращаться с оружием, а у нас - маршировать, подметать и
дачи генералам строить.
А в промежутках - рожи бьют. Дедовщина.
У них она тоже есть, но, повторимся, там даже тюрьма другая, а значит,
и дедовщина другая.
Рассуждать об этом можно долго.
Лучше этот вопрос разделить на подвопросы.
А в военную реформу в сегодняшней России я не верю.
Причины - чиновники.
Они здесь кушают.

(Ответ на большинство возможных вопросов.)

[ответ на все комментарии к посту "С праздником Великой Победы!"]

2005-05-13T06:57:13Z

[ответ Покровского на все комментарии к посту "С праздником Великой Победы!". Свое письмо к нему я оставил в комментариях. Livejournal user kozhev.]

Значит так. Сразу отвечаю всем. Не хотят меня читать - не надо.
Прекращаю посыл своих текстов в ЖЖ. А любителям оправдывать
существование загрядотрядов, штрафбатов и прочих расстрельных отделов рекомендую
прочитать книгу Арии "Про войну". Все встанет на свои места. У меня
воевали и дед и отец. Дед из окружения под Брестской крепостью с 22
июня 1941 года выходил и потом воевал до 1945. А до этого воевал в
финскую. А отец три года под немцами был под Брестом и воевал только
год до конца войны. Эту войну выиграли только кровью. 9 к 1. Так
говорил и мой командир роты. И я ему верил сразу. И навсегда.
А тот рассказ про три года штрафбата - подлинный. Можно ему верить
или не верить - это дело каждого. Личное. На войне была черная кость
- она в атаку вставала и была белая кость, которая потом оценивала
тех, кто уцелел - правильно ли они в атаку вставали. К которым
относятся зарад отряды - решайте сами. Как брали Берлин? Кровью
новобранцев брали. С освобожденных территорий призывали молодежь и
бросали их сразу в бой. И я знаю, что говорю. Так моего отца призвали.
Потери среди них были велики. Не нравятся потери? Хочется гордится
полководцами? Гордитесь. Я-то здесь при чем?
Про службу в современной армии двухгодичником.
Это не армия. Порядки тюремные.
Хочется и этим гордится - ваше дело. Никого не уговариваю.
Книги мои должны прежде всего нравится самому главному читателю - мне
самому. Остальные могут присоединяться или не присоединяться - это по
желанию. Мне об этом желании можно не сообщать.
Это мой последний посыл в ЖЖ.

[Про "Курск" - 2]

2005-05-12T10:04:23Z

Все говорит о том, что в момент удара происходили локальные возгорания, возможно, из-за КЗ в электрощитах.

Раз люди доставали СГП [специальный гидрокостюм подводника], снаряжали РДУ, носили В-64, подсоединялись к ШДА, значит:

1. Не было никакой паники, никто не умер на месте, все работало по-штатному.

2. К вопросу об оплавлении крышки В-64 и потере, по этой причине, комплектами своих свойств. Это спорно. От температуры В-64 теряют свои свойства, но не так быстро, как хочется г-ну У. И вообще, он очень торопиться с выводами, главный из которых: "Но, как показало следствие, если бы даже ключ пуска прибора КА-01 был вставлен в штатное место и буй, сработав, всплыл и передал информацию о месте затопления апрк, то с учетом расчетного времени подхода из места базирования спасательных кораблей и обнаружения лодки, своевременно выполнить весь комплекс спасательных мероприятий и спасти моряков все равно не удалось бы".

Вот ради этих строк все и затевалось.

На обычный, гражданский язык это переводится так: "Что бы мы не делали, они все равно умерли раньше".

Да, не умерли они раньше, как бы этого не хотелось г-ну У. и всем заинтересованным лицам.

Когда возникает пожар, пусть даже локальным, (а он возник, и не один, о чем всюду есть свидетельства, даже у г-на У.), то с ним сначала борются - включаются в ПДА, ШДА, потом в ИП, потом в ИДА-59 (все это последовательно, и эта последовательность описана у У.), устраняют последствия пожара (тоже описано - станции ВПЛ, и прочее), потом оценивают обстановку, принимают решение на выход.

Все это люди в корме сделали.

Почему не вышли (способы описаны у У.)?

На мой взгляд, они не вышли потому, что их начали доставать. Они были уверены, что началась спасательная операция.

Они все слышали отсеке и прекратили готовиться к самостоятельному выходу.

Вот главная ошибка. Нельзя прекращать готовиться к самостоятельному выходу.

По крайней мере, нельзя это делать в нашей стране. Тебя никто не спасет, кроме тебя самого. Мы это знали прекрасно. Знали ли они?

Похоже, что не очень.

Что потом? Они ставят, ставят, ставят спасательный аппарат, а он не становится. И что?

Они перестают его ставить и на какое-то время в спасательной операции устанавливается тишина.

Вот тогда-то подводники и поняли, что спасать их перестали.

Это очень тяжело. Человек это не выдерживает. Если сначала у них вполне хватило бы сил, и моральных, и физических, на то, чтобы выйти самостоятельно, то теперь они могли только записки писать.

Записки заранее никто не пишет. Могу эту фразу повторить.

Почему? Для господина У.: примета плохая.

С праздником Великой Победы!

2005-05-10T14:30:52Z

Ох, победа, победа...

У одного моего приятеля отец за войну от рядового до майора дошел. Он рассказывал это дело так: "Встаем в атаку. Бежим. Кричим "ура". И вдруг я понимаю, что я один кричу. Оборачиваюсь - точно, бегу в атаку один, остальных выкосили. После той атаки мне дали "сержанта". Так я до майора и дошел. Вставал в атаку, кричал "ура", а потом оборачивался - всех выкосили, один я. Вставал в атаку взвод - выбивали весь взвод, вставала рота - роту выбивали, потом - батальон... так майора и дали. До Берлина дошел. Всегда в атаку вставал..."

А еще один солдат старый мне говорил: "Мы в атаку молились: "Хоть бы сразу убило. Только чтоб не мучится!"

А операцию на Малой Земле нам преподавали, как неудачную операцию.

"Как можно бросать и бросать людей под снаряды?!! У них же все побережье было пристреляно!" - и это говорил нам герой Советского Союза, летчик с обгорелым лицом и с культяпками рук. Его сбили над морем, и он с такими руками, в горячке, еще и до берега несколько часов плыл.

А катерники? Я говорил с катерниками. Спрашивал их про ту операцию по высадке десанта. Они говорил только одно: "Это был пиздец!"

А Берлинскую операцию очевидцы тех событий, ставшие потом военными историками, называли бестолковой. Каша. В огонь бросали новобранцев. Танки горели, как спички. Скученно и жутко горели.

И это победа? И это полководцы? Это войска Чингисхана - та же тактика лавины, человеческой массы, те же заградотряды, штрафбаты - бежит один из десятка - убивается весь десяток. Так что "сам погибай, а товарища выручай" - старовата поговорка.

А вот еще история.

Он карачаевец. Из раскулаченных. Сосланы были под Пензу. Служить в армию его не взяли. Так что встретил войну на паровозе. Везли эшелоны на фронт. Паровоз, за ним - теплушки, набитые солдатами. Литерные поезда. На станциях они не останавливались.

Только на ходу хватали рукой такую специальную штуку. В виде ракетки. В ручке у нее было спрятано послание. Однажды, перед самой линией фронта, схватили такую штуку, а там записка: "Впереди немцы!"

На паровозе их было трое. Два железнодорожника и один особист. Только у особиста пистолет, во всем эшелоне оружия не было.

Он особисту и говорит: "Немцы впереди! - а тот вытащил пистолет, приставил к его груди и говорит: "Какие немцы? Вперед!"

Так и приехали к немцам - те полотно взорвали и засаду устроили. Остановили поезд. Особист высунулся, видит - впереди немецкие каски. Вытащил он пистолет и застрелился. Немцы потом долго к вагонам не подходили. После подошли, открыли дверь - а там солдаты русские битком набиты. Они солдат вывели, построили и в плен повели. А офицеров тут же из пулемета расстреляли.

А на паровоз немцы сунулись и с ними переводчик: "Кто стрелял?" - "А вот он. Сам застрелился", - "Понятно. Полезайте под паровоз".

Полезли они под паровоз и там весь расстрел продержались, а потом немцы говорят: "Поехали!" - а те им: "А как ехать? Вы же полотно взорвали!" - немцы: "И что теперь делать?" - "Переносите рельсы сзади вперед, ремонтируйте, поедем!"

Перенесли немцы рельсы, отремонтировали и поехали на станцию.

Так они на станции и жили. Немцы кормили, и они у них там работали, а потом станцию наши отбили, а немцы ее опять у них отобрали - переходила станция несколько раз из рук в руки, тогда и решили они бежать, пробираться к своим. Взял он немецкий пулемет и побежал. С ним еще несколько солдат наших пробивались. Один солдат ему говорит: "Пулемет тяжелый, ты его долго не пронесешь, так что вон, сколько вокруг немцев валяется. Ты сапоги сними с кого-нибудь, а то у тебя ботинки, они быстро развалятся, там и нож у них бывает в сапоге. Все же оружие".

Нож он достал, сапоги достал, но с пулеметом не расстался. Так и прибежал с ним к нашим.

Наши их сразу под трибунал. Там ему задали только один вопрос: "Почему вас немцы не расстреляли?" В трибунале один с большими усами был. Он и говорит: "А чего с ними разбираться? Расстрелять их и все дела!"

Интересно, немцы в плену кормили, а наши - нет.

На ночь их заперли в сарае. Часовой через дверь им говорит: "Вы, ребята, молитесь. Если усатый сказал, что расстреляют, значит расстреляют!"

Так и вышло. Утром всех военных, что с ним к своим пробивались, расстреляли, а его - в штрафбат.

Первый бой он навсегда запомнил. Ночью занимали окопы и потом, ночью же, атаковали из них немецкие позиции. Иногда им рассказывали об особенностях местности, иногда не рассказывали. Все зависело от того, кто окопы сдавал штрафбату. Если хорошие части, то они и расскажут, и покажут и в окопах гранат оставят. Штрафники, ведь, обязаны противника были голыми руками брать. Из вооружения - только винтовка, да горсть патронов. Вот им гранаты, иногда, и доставались. А так - что в бою возьмешь, с тем и воюешь.

В первый бой его предупредили: "Ты в атаку прямо не беги. Там кусты впереди. Ночью не видно, глаза о ветки выколешь. Ты в сторону беги. Там яма. В яму ложись и жди, пока немец те кусты из пулемета скосит".

Так и сделал. Добежал до ямы. А потом немец начал так бить, что только через сутки все утихло. Потом услышал ночью с нашей стороны шепот: "Эй, штрафники, кто живой, ползи сюда!"

Так что воевал он с 1942 по 1945. В штрафбате. Три года. В Дрездене закончили. Комроты ему говорит: "Дело к концу, а у тебя ни одного ранения. Так что кровью ты не искупил. У тебя десять лет поселений, как у раскулаченного, три года ты отвоевал - на семь в лагерь пойдешь. Давай, я тебя из вальтера подстрелю легонько. Вот ты и искупишь!"

Тот ему говорит: "Не надо. Немец не подстрелил, и теперь не надо!"

Не дал стрелять. А все было так, как комроты сказал: опять судили его и на семь лет на поселения. Под Пензу. Только он оттуда же и на войну попал. Так что, считай, домой поехал. К своим.

[про "Курск" 1 часть]

2005-05-06T17:02:27Z

Сначала я грешил на пуск ракето-тропеды с нашего корабля.

Да, не на один (взрывов два с разницей примерно 2 минуты).

После первого взрыва Лячин дал полный ход (кто-то мне об этом говорил), чтоб удержаться и всплыть, да получил второй взрыв и на полном ходу врезался в грунт (тогда и появились винты на поверхности).

Вот такие были у меня рассуждения. На пуск торпеды с американца я не грешил.

В полигоне торпедировать? Торпеду же слышно и это война сразу.

Наши сначала воюют, а потом получают на это "добро". Это американцы давно усекли. Не думаю, что они самоубийцы. Все-таки, дома у них в Майями. Чего рисковать. Мне тут рассказывали о ненависти, которую испытывали американцы лично к "Курску".

Чушь, на мой взгляд.

Враг есть враг. Хочешь его победить - обязан уважать.

Столкновение я сразу отмел.

После взрыва "Курска" американцам может быть тоже досталось (лодка их ушла с повреждениями сразу в док). Может, подобрались слишком близко. Такое у нас бывало. В таран "Кузнецовым" я не очень верю.

Взрыв торпедного боезапаса от детонации? Но взрывов было два и второй сильнее первого. Если детонирует, так детонирует. Не бывает такого "я сейчас сдетонирую, ровно через 2 минутки". Говорил с торпедистами, со специалистами по ВВ (взрывчатые вещества).

Все в один голос - не может быть. Б-37 я им тоже приводил, а они мне говорили, что там при погрузке БЗ (боезапас) в Полярном уронили торпеду и корпус у нее лопнул и матросики решили ее залудить(?) и залудили - рванула она.

Командир Бегеба был на пирсе, командир БЧ-5 в дивизии с бумагами.

Вот там сдетонировало. Взрыв был такой силы, что Бегебу подбросило в воздух и откинуло в сторону. Его потом, контуженного, вели в штаб под руки - он ничего не соображал. Я знал Бегебу. Он у нас в училище преподавал. Отличный мужик.

И на той лодке Б-37 все сразу после взрыва не погибли.

Оторвало нос, лодка утонула сразу у пирса, получили пробоины и две соседние лодки. Люди в корме остались живы, но их не достали, потому что штаб этим взрывом был полностью деморализован. Людей никто не спасал. Через сутки корма заполнилась водой, и люди там погибли. На виду у всего честного народа.

Исключить аварии на флоте, наверное, невозможно, но минимизировать их можно. Американцы гибнут не так часто, как мы, но никто не может обвинить их в том, что они стоят на приколе.

Значит причина в технике и в людях. Техника у них лучше. Эксплуатация лучше, и организация этой эксплуатации тоже лучше.

"Курск" пришел с автономки и вместо отпуска ушел в море. Это у нас сплошь и рядом. Вместо отпуска опять в море.

Я написал рассказик "Шизофрения". Там все сказано. Нельзя издеваться над людьми. Люди после автономки неадекватны.

Американцам это давно ясно, нашим - нет. У них два экипажа (основной и ремонтный), у нас один - бессменный. А техника - у них ремонт сразу, а у нас - как получится. Не продлить ли компрессору ресурс, а то он у него уже вышел? Пошли и продлили. Зипа нет, ремонт на бумаге.

Американцы ходят по 56 суток, наши - 78-80-90.

Я ходил по 90 суток и по две в году и всегда после автономки нас сразу же гнали опять в море суток на 10. Это как?

Медики всего мира установили предел адекватности. И установили они его давно. 56 суток. Все. Приехали.

Американцы соблюдают это свято (страховка), нашим - плевать.

Сколько раз было: в море, после автономки, режимы рванные, не спишь по трое суток, хватанул свежего воздуха и организм в ауте. Вхожу в центральный (мы в надводном), а там все спят. Абсолютно все. Спит старпом, спит вахтенный ЦП, спит БИУС, спит даже боцман на рулях. Вахтенный офицер с сигнальщиком на мостике и все - остальные в отрубе.

И спят они так, что не растолкать.

Я сам несколько раз так выключался. Понимаешь, что надо встать, а руки-ноги не хотят. Никак не заставить себя принять вертикальное положение. Упал на стол грудью и все. И вот начинаешь сам себя мотать по столу - никак не встать, опять упал. Еще попытка - никак. Встаешь с десятого раза - голова ватная, ничего не понимает.

Вот вам свежий воздух.

Вот вам 90 суток автономки дважды в год.

Вот такая у нас адекватность в конце похода.

Так что, что там сделали в первом на "Курске" после трех суток без сна, да после автономки в 78 суток - это никто не знает.

Как мы себя уничтожим, так никто нас не уничтожит.

А в диверсию верить можно, конечно.

Только лучше бы сначала шизофрению исключить, о которой я уже устал говорить...

apokrovski @ 2005-05-05T14:29:00

2005-05-05T10:27:52Z

Цветы - это важно.

Встречал я как-то приятеля у метро.

Я должен был его к себе в гости привезти.

Прошли мы с ним пять метров, и он говорит:

- Стой! Надо цветы купить твоей жене!

Приятель в форме капитана первого ранга, и в цветочном ларьке он произвел, конечно, впечатление на продавщицу.

- Вам хризантемы упаковать? - спрашивает она.

- Так донесем! - важно говорит он ей, долго и придирчиво осматривая каждую веточку.

А потом добавляет:

- Мы ж их сперва даме преподнесем, а потом, глядишь, и в салат накрошим!

Все ведь зависит от того, чем мы будем сейчас встречу запивать!

Мало ли! Надо бы еще как-то все это украсить. А аспарагусы у вас, девушка, свежие? - и, не дожидаясь ответа, продолжает:

- Вот, помню, сидели мы однажды с одним орлом на его же кухне. Десять лет не виделись, встретились, и все вспоминаем, вспоминаем. И так хорошо вспоминали, что не заметили, как все традесканцию на подоконнике у него объели. Во как! Спохватились только, когда алое начали жрать! А был у нас Мишка-артеллерист, так он однажды на спор два часа каланхое уминал. Хорошо, хоть водка была!..

Я приятеля из того ларька еле утащил.

Он бы еще ни то девушке рассказал.

Она смотрела на него, распахнув глаза.

Очень он ее впечатлил.

apokrovski @ 2005-05-03T14:43:00

2005-05-03T10:41:55Z

Мне написали, что после прочтения "Люди, лодки, море...", не оставляет ощущение сродни тому, что испытываешь сидя в стоматологическом кресле, в то время как доктор удаляет тебе нерв из зуба. Ты каждой своей клеткой чувствуешь, как он накручивается на тонкую спицу. Чертовки неприятно осознавать то, "если что", тебя просто разменяют, как карту в колоде, а ты живой и можешь думать.

Ощущение от прочтения этой книги должны возникать именно такие.

Человек служивый здесь, в России, должен понимать, что только от его умения и зависит его жизнь. Ему надо, наконец, сказать: "Тебя никто не будет спасать, наоборот, если ты в этой стране спасешься сам, то придет дядя прокурор и оценит, так ли ты при своем спасении защищал Отечество, как ему, этому дяде, хочется? А сломаешься - заменят, как винтик. В лучшем случае железку на грудь повесят. В худшем - так зароют. Пойми, тут в цене мертвые, а не живые. Тут любое количество положат просто так. Походя. И унижать тебя будут. Это обязательно. А теперь скажи: готов служить? Если готов - служи, но обо всем этом помни. Это Россия. Тут по-другому не бывает".

Теперь мне говорят, что я смелый человек и чтоб я был осторожнее.
Поглядим. Особой смелости за собой не ощущаю.
Я же, как природа - ветер или облако. Может ли облако быть осторожным?

После того, как я дал почитать "Люди, лодки..." своему бухгалтеру, она позвонила мне в волнении и сказала: "Что ты написал?" - "А что такое?" - "Это же нельзя!" - "Почему?" - "Потому что тебя вышлют из страны, и что мы с Наточкой (моя жена) потом будем кушать?"

Я ей сказал, что как только меня захотят выслать, то я немедленно заявлю, что я писал эту книгу вместе с моим бухгалтером и "Наточкой". Так что вышлют всю шайку, и мы чудесно будем жить за рубежом, поскольку эту книгу сейчас же переведут на тридцать три иностранных языка.

apokrovski @ 2005-04-29T10:35:00

2005-04-29T06:33:31Z

А мне понравилось выступление нашего министра обороны в Америке, когда он отверг все обвинения в том, что мы поставляем Сирии переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК). И говорил он не на том языке, на котором его в младенчестве, отшлепав, ставили в детском садике в угол. Нет! Он говорил на другом языке. Он говорил на том языке, который он так здорово учил в школе и далее - он говорил на английском языке.

Правда, на некоторое время это напомнило мне 70-е годы прошлого столетия, когда какой-нибудь чрезвычайный и полномочный посол республики, скажем Нганга, совершенно по-русски обращался с новогодними поздравлениями к советскому народу, но потом я отмел подобные размышления, как недостойные.

Конечно, дыма без огня не бывает, и ребята из ЦРУ едят американский хлеб с гораздо большей отдачей, чем те орлы из родственного им подразделения, которые сидят у нас теперь в каждой фирме и смотрят на все происходящее стекленеющим взглядом замерзающей рогатой жабы.

Что-то они такое нашли, эти цереушники. Что-то обнаружили. Какие-то нестыковки, которые так блестяще и объяснил наш министр.

Естественно, мое воображение по началу уже нарисовало было картину, как какая-то контора, например "Байкал тревел" поставила за рубеж, к примеру, в Арабистан, металлолом в ящиках из-под переносных зенитных ракетных комплексов. А те взяли да и собрали из него что-то, что теперь сшибает где-то американские вертолеты. Но потом я эту картину в своем сознании стер.

А все благодаря выступлению нашего министра. Убедил он меня. По-английски.

apokrovski @ 2005-04-27T14:01:00

2005-04-27T09:59:55Z

Рассказали одну историю. Мама и ее взрослая дочь возвращаются с дачи, идут полем к электричке. Маме захотелось пописать, она ищет кусты. Кустики есть, но только они редкие и жидкие какие-то. Она лезет в них задом, а дочь ее корректирует, обе при этом кричат.

- Видно?

- Да, да, видно, еще дальше.

Мама, женщина, кстати, необычайно дородная, с приятными, хоть и огромными формами, пятится дальше в кусты.

- Видно?

- Да, да, давай еще!

Она еще пятится, и еще, и еще.

Наконец, дочь ей делает отмашку - начинай! - она садится и натружено ссыт.

Когда она уже встала, облегченно натягивая трусы, сзади раздался голос:

- Хорошо, что не в стакан.

Она обернулась в небывалом смущении, и перед ней предстала картина: три мужика, расположившись со стаканами в руках на травке, в ужасе наблюдали, как на их скатерть-самобранку из кустов неумолимо, как бульдозер, руководимый далеким бригадиром, надвигается необъятная женская задница.

apokrovski @ 2005-04-26T12:33:00

2005-04-26T08:31:37Z

Тут я как-то был приглашен на вручении премии имени "Андрея Первозванного".

(Вроде, ничего не перепутал именно так: премия имени "Андрея Первозванного").

Так вот, история такова: существуют целых два фонда - "Фонд национальной славы России" и "Фонд имени всехвального апостола Андрея Первозванного" (только бы слова не переставить).

И вот какая недолга - эти фонды, руководимые одним и тем же лицом, и учредили эту премию. Почему фондов два и руководятся они одним и тем же лицом, я не очень понимаю, но в попечителях у них состоят все действующие министры (и министр обороны в том числе).

Я, как только услышал об этом обстоятельстве, так и успокоился, потому что меня всегда необычайно успокаивает, когда где-либо наш министр обороны участвует, потому что там, где наш министр, там все ловко, гладко, дивно, чудно (ударение на первом слоге).

А, кроме того, там еще и других министров пруд пруди, так что все просто замечательно.

А пригласили меня из Питера, где нас (36 человек военных ветеранов, то бишь, целый вагон) привезли в Москву и поместили (все 36, за исключением 2-х женщин) в одном номере гостиницы "Россия", чтоб мы там отдохнули после дороги и вещи бросили.

Мы и отдохнули. Я немедленно уехал к знакомым, а остальные легли валетом на одну единственную кровать, чтоб с дороги поспать.

А в 17.00 надо было опять в этом номере оказаться, потому что потом нас автобусом должны были повезти во дворец (при Кремле), где все это и должно происходить.

Перед дворцом нас проверяли так, что я порадовался за наши спецслужбы.

Здорово проверяли, шаря металлоискателем, так что ни одного, непроверенного участка на моем теле просто не осталось.

Потом пошли в фойе, где и разделись, чтоб еще полтора часа по нему шляться и на все вокруг глазеть.

Теперь я вам расскажу о премии.

Она представляет собой почти полное подобие главного ордена страны и выполнена в виде звезды, кажется с бриллиантами, на голубой ленте.

Вручают ее за "Веру и Верность".

Вручение происходит следующим образом: все садятся в зале, на сцене появляются руководители, играет музыка и все начинается. Объявляется очередной номинант, он восходит под аплодисменты на сцену, где ему всё и прикалывают, а потом в честь него поют или же пляшут артисты.

Вот такая процедура.

И нас из Питера пригласили не только для такого участия, но и чтоб мы потом на банкете бокалы подняли.

И участвовали мы изо всех сил - то есть, аплодировали и иногда вставали.

Например, вручали это дело Пахмутовой, а я ее люблю, потому и с удовольствием встал.

Остальных я люблю меньше, и поэтому вставал я уже с меньшим удовольствием.

Хотя, люди, видимо, достойные - как минимум, два генерала, бывший министр Чазов, конструктор, медсестра с войны, патриарх и еще кто-то.

И всем за семьдесят лет. То есть, в точности оценить веру и верность удается только к этому возрасту. И тут я подумал: как, все-таки, все правильно устроено. Действительно, что остается человеку к семидесяти годам собственной жизни, как не сохранять веру и верность?

Надежд на измену мало, так что самое время для наград.

Из этих моих размышлений меня вывело следующее: голос ведущего зазвучал как-то особенно торжественно:

"А теперь (торжественно, с паузой)... премия вручается (еще торжественней с паузой)...

Владимиру... Владимировичу... Путину!!!"

Аплодисменты! Аплодисменты! Аплодисменты! Все встают! Волнами по залу! Опять Аплодисменты!

Я оглянулся вокруг. Не встал только я и еще двое. Они демонстративно сложили руки на груди.

Я руки не сложил - чего их складывать.

Понимаете, если б я до сих пор служил во флоте, то появление Владимира Владимировича в зале, как верховного главнокомандующего, сопровождалось бы вставанием со своих мест по стойке "смирно". Перед этим подавалась бы команда: "Товарищи офицеры!"

А так как такой команды не было, то и чего вставать?

И потом - он же так и не появился.

Народ еще поаплодировал, поаплодировал, и потихоньку сел, а ведущий зачитал от Владимира Владимировича приветственные слова, мол, я рад и все такое.

После этого я подумал о том, что для Владимира Владимировича при награждении, видимо, сделали исключение - не стали доводить дело до семидесяти лет и так все ясно, что с "верой и верностью" у него полный порядок.

А потом был банкет, где мы подняли бокалы, и были тосты "за Фонд!", "за Россию!"

После тоста "за Россию!" я подумал о том, что бомжи, избы, грязь и попрошайки - это, в общем-то, тоже Россия, за которую только что выпили.

А потом все засобирались на поезд, так что быстренько подняли еще разик бокалы, и похватали закуску со столов.

Торопливая вонь вокзала встретила нас жадно, как всегда, приняла и проводила до вагона, а по дороге в Питер ветераны, разгорячившись от увиденного и услышанного, все никак не могли успокоиться и прийти в себя, и все говорили, говорили, и все пили коньяк, пили...

apokrovski @ 2005-04-25T16:56:00

2005-04-25T12:54:22Z

Про "Аршин мал алан". [http://lib.ru/POKROWSKIJ/pokrowsk2.txt#154] В Сумгаите было не так, как я описал. Было гораздо хуже. К сожалению, это так и описать это словами нельзя. Есть видеоматериалы. Снимали корреспонденты. Один из них, кстати, этнический азербайджанец.

Все это теперь для истории и для какого-то процесса в будущем. Показали материалы во Франции. В сильно урезанном виде. Франция оцепенела. У них своих головорезов хватало во время войны с Алжиром, но тут - шок.

Мне еще писали азербайджанцы и говорили, что я на них клевещу. Ой, бля, если бы! Сам бы на себя за клевету в суд подал, но - увы!

"Аршин мал алан!" - фильм такой есть. Азербайджанский. Комедия. Там все такие веселые, веселые, кукольные. На самом деле немного не так. "Аршин мал алан" - так кричали торговцы на улицах Баку. Они продавали материю в рулонах аршинами.

apokrovski @ 2005-04-22T12:19:00

2005-04-22T08:17:52Z

Письмо: "Саша, это было опубликовано в газете "Труд-7" от 24 июня 2004 г. стр.21.

"Заявление. Я, Бутейко Мария Даниловна, 1970 г. рождения, прошу назначить мне алименты на мою дочь 1998 г. рождения. Удивитесь, при чем тут ваше медицинское заведение - вы ж не роддом. А при том. В начале прошлого года мой муж, будучи находясь за рулем в состоянии нетрезвого опьянения, налетел на бетонный столб с тяжелыми последствиями, про какое ниже.

Я пошла его навестить в травматическую больницу, то есть к вам. Дежурная глянула в список и сказала, что пациент Бутейко лежит в 26-й палате, причем сильно ушибленный в голову и вообще верхнюю половину своего человеческого туловища. Я пошла посмотреть. Висел на растяжках, в гипсе, да еще сплошь обмотанный бинтами, так что виднелись только глаза и ротовое отверстие.

Какой ни есть поврежденный, а супруг, и я стала отпаивать больного сливками, медом, собачьим салом и прочими дефицитами. Выполняла это каждый день ему в лежачем виде в течение месяца. Когда же платить сестрам за ночной уход стало нечем, я начала оставаться в палате до утра. И так продолжалось еще недели три.

И вот, наконец, его размотали, и что ж я обнаружила? Этот вовсе не мой муж! То есть, тоже по фамилии Бутейко, но Анатолий Николаевич, тогда как мой - Петр Карпович. Однако в женской консультации мне сказали, что уже поздно.

Конечно, вам любопытно, где все это время находился мой законный? Не знаю. Скорей всего, у той курвы, какую катал в машине, а может, у какой другой. Во всяком случае, дома его присутствия не наблюдалось. Когда ж через полгода он, то есть Бутейко П.К., заявился, я была уже сильно в положении от травмированного гражданина Бутейко А.Н.

Однако тот жениться на мне категорически не в состоянии, потому как я официально в состоянии замужем за Бутейко, который П.К., сам же он женатый - на особе, каковая в настоящий период проживает за границей, а именно в городе Шебекино Белгородской обрасти. В результате полученного мною ошибочного зачатия у меня родилась дочка

по фамилии Бутейко, а по отчеству то ли Петровна, как мои старшенькие, то ли Анатольевна - от своего поврежденного отца.

Вина во всем этом происшествии, ясно, лежит на вашем лечебном заведении.

Потому ввиду моего затруднительного материального положения прошу в моей алиментарной просьбе не отказать.

Бутейко М.Д., кормящая мать".

apokrovski @ 2005-04-21T12:30:00

2005-04-21T08:29:00Z

Да, я знаю о гибели линкора "Новороссийск" и о том, что, благодаря примитивной звукоподводной связи (гидрофон спускали с борта баркаса), устанавливалось количество людей в помещениях, их состояние и осуществлялось руководство.

С "Курском" такого не случилось. Видно, не нашлось ни гидрофона, ни баркаса.

Что ж тут странного?

А что К. сказал 15-го, что в случае чего "Курск" будут поднимать на бандажных ремнях с помощью понтонов - это я слышал. Что тут сказать. Он, видимо, в школе не учился. Не успел. Сразу главкомом назначили.

[из старых рассказов]

2005-04-20T08:11:59Z

Депрессия?

Какая, на хер, депрессия?! И это ты так лежишь, потому что депрессия?

Да ты с ума сошел! Какая на асфальте может быть депрессия?

Я на катер бежал. Это был последний катер. Он уходил в двенадцать ночи. Меня отпустили со службы так, чтоб я не успел, а я добрался.

Восемь километров бегом, на повороте сел в автобус, сорок минут на нем езды и, как из него вылез, до бухты еще два километра бегом.

А катер - вот он. А перед ним идет погрузка ракет. Дорогу перекрыли. Я подбегаю, весь мокрый, а меня не пускают, и катер уходит на моих глазах.

Вот это был удар! У меня тогда просто руки повисли, сил никаких, все отдал этому броску.

Я потом постоял-постоял, и пошел назад, а поземка, в лицо летит ледяная крошка, сечет его в кровь, автобусов нет, попуток нет, ночь, свет только от снега и тридцать километров до поворота, в гору пешком, с горы бегом, чтоб пот, который по спине струится не остыл, а ты говоришь депрессия.

Какая, на хер, депрессия?!

Швартовщиков смыло - никто даже не остановился, никто никого не искал, потому что вода минус два градуса - жидкий лед. Плюхнулся в нее - остановка сердца и плавай потом оранжевым поплавком.

Трос выбирать, а он на морозе с ветром к рукам липнет, потому что рукавицы дырявые.

От лома спина дрожит и ноги. В тепло попал - уснул на подоконнике.

Мы света белого не видели. У нас идешь по кораблю и думаешь: "Ну вот, ничего не случилось, пока ничего не случилось, хорошо, что ничего не случилось!".

А когда случалось?

Иногда, так случается, что если сразу начинаешь говорить, заикаешься. И тогда выдохнуть надо, сказать себе пятнадцать раз скороговоркой: "Все будет хорошо!" - и потом уже можно разговаривать.

А паника? Самое страшное что можно придумать. Люди на людей не похожи. Навстречу бегут, и ты принимаешь их на себя. Ты их должен остановить, задержать, иначе всем труба.

А они такие сильные, просто беда, они кремальеру в руку толщиной ломают, как спичку, они на бегу, кучей, зарываются в ящики лицом, прячутся, забиваются в щели, они лбом раздвигают трубопроводы, мнут на лице все кости, срывают руками клапаны.

А ты схватил лом с аварийного щита и на них с ломом.

А они ударов не чувствуют, понимаешь ты это, не чувствуют?

И тогда приходится орать, так орать, что не знаешь откуда у тебя только голос появляется.

А ты говоришь депрессия.

Какая на асфальте может быть депрессия?

apokrovski @ 2005-04-19T11:26:00

2005-04-19T07:24:42Z

Когда-то в детстве я ходил на карьер с взрослыми ребятами. У них была "воздушка" - ружье, стреляющее такими маленькими пульками. Эти ребята стреляли лягушек. Они стреляли лягушке в голову, а потом наблюдали, как она умирает. Я не мог этому воспротивиться. Я был очень маленький. Я стоял и плакал. А они смеялись: "Над лягушками!"

Если б я встретил их сейчас, то в лучшем случае, не подал бы руки.

А то и морду бы набил. Я теперь сильный.

За тех лягушек.

apokrovski @ 2005-04-18T11:39:00

2005-04-18T07:38:04Z

Вчера приехал в Питер один мой однокашник по училищу. Тот самый, что выведен мной в "Каюте". Он на курсе молодого бойца, когда мы еще присягу не приняли, командовал нам: "Встать! Сесть!". По много раз. Тогда я считал его мерзавцем.

А теперь, говорят, он глава администрации Шкотовского района Приморского края на Дальнем Востоке. А ушел в запас он с адмиральской должности, был начальником тыла. И еще, говорят, что он очень заботится обо всех, взял несколько наших однокашников на работу.

Он устроил встречу для ребят в ресторане, говорили, что там все было хорошо.

Но я не пошел. Вдруг он действительно стал другим человеком.

Мне, все-таки, дорого то юношеское отношение к нему, как к мерзавцу.

apokrovski @ 2005-04-15T11:26:00

2005-04-15T07:24:45Z

Они отменили бесплатные письма солдатам. Те самые, которые солдаты посылают домой.

В каждой части были такие конверты. Раньше в них можно было положить письмо, и, надписав адрес, вручить ротному почтальону. Тот относил письма на почту и там их принимали. Бесплатно.

Теперь государство не собирается за них платить.

Знаете, во время Великой Отечественной тоже были солдатские письма.

Треугольники. Люди попадали в страшную мясорубку почти ежедневно, и если они из нее выбирались, то они писали домой матерям и любимым. Они писали все, что угодно, пусть даже полную чушь, но, что бы они не писали, это всегда означало только одно: "Я здоров. Все хорошо!"

С фронта шли миллионы писем. Их ждали. Их боялись и их очень ждали все эти дни войны.

Бесплатные солдатские письма были в России всегда. Воевала Россия или не воевала, они существовали, и какую бы ерунду в них не помещали, скажем, в русско-японскую, родные и близкие, читая их, понимали только одно: слава Богу, живой.

Теперь солдату платят целых 250 рублей.

На них можно купить несколько пачек сигарет или несколько раз проехать в метро, если, конечно, в том месте, где служит солдат, имеется метро.

А можно купить на эти деньги сладкое - конфеты или булочки, пирожные, пряники, сгущенное молоко.

В армии солдатам не хватает сладкого. В солдатском ларьке за дешевыми конфетами всегда выстраивается очередь.

Теперь это надо будет делить с письмами.

Конечно, пишут домой меньше, чем раньше. Появились телефоны, можно позвонить. Но телефонные разговоры не оставишь на память, не сложишь в заветную коробочку, не перечитаешь, а матерям хочется перечитывать.

Любят они это дело.

Они садятся за стол, неторопливо раскладывают письма и читают, читают, улыбаются, разговаривают с ними. Потом в дело идут фотографии - их тоже раскладывают и рассматривают.

Но начинается все с писем.

Моя мать до сих пор их хранит.

apokrovski @ 2005-04-14T11:36:00

2005-04-14T07:34:21Z

Что касается того, что меня помнят, как болтливого, но работящего каптри.

Наверное, что-то похожее было. Курсантов привозили много. Был ли это я, сажающий траву? Может, и был, я много чего сажал. Почему-то считалось, что куда меня не пошли, я всегда там буду к месту и классного специалиста, капитана третьего ранга, и тем более, химика, конечно можно было вооружить лопатой и при этом он копал бы за троих. Похоже на меня. Не отпираюсь.

Я сажал траву, убирал камень весом в 50 тонн силами 50-ти матросов-узбеков, принимал швартовые, подавал трапы весом в тонну шестью матросами (плюс я), ловил налету падающий за борт компрессор ЭК-10 (вес 350 кило), опускал в люк лодки по три мешка сахара за один раз (150 кило) с помощью своего подчиненного по имени Алмаз Мукамбетов, ловил диверсантов, хоронил, перевозил гробы, стрелял из пистолета и автомата, ломал колено унитаза, расшибал ломом ледяные глыбы, свозил их, впрягшись с двумя мелкими киргизами на лотке в залив, заводил машины в тридцатиградусный мороз с помощью кривой железки, грузил, возил, тащил, спускал, поднимал, разбрасывал, собирал и вталкивал в грузовик сочащееся.

apokrovski @ 2005-04-13T11:28:00

2005-04-13T07:27:01Z

А я знаю из-за чего весь сыр-бор. Он из-за справедливости. Наш министр обороны очень справедливый человек. Написано же, что служить должны все - вот он и старается. Все так все. Никаких исключений. А то, что же получается? В детский садик ходили вместе, а как в армию идти, так половина скрипачей? Так что ли? Нет вам, нет! Количество отсрочек мы еще скорректируем, а студентов - после институтов достанем. Никто не уедет за рубеж! Так и зарубите себе на носу!

Крик матери в военкомате: "Так у него же после аварии в голове железная пластина и позвоночник!" - "Что позвоночник?" - "Поврежден!" - "А мы про позвоночник вам ничего не сказали, а по пластине он годен!" - "Как?" - "Так!"

Голос за кадром: "И хорошо, что пластина, ему каску надевать не надо!"

А если мать закричит, что вес у ее сына 42 кило при росте 1 метр шестьдесят, то ей на это скажут, что определят его в авиацию, там легкий народ требуется.

Ой, ма! Давно надо привыкнуть, что Россия - страна наоборот. Во всем мире так, а у нас кверху ногами. Во всем мире генералов готовят под армию, а у нас армию под генералов.

Поэтому и призываем 42 кило с железной пластиной.

И в бой он пойдет за Родину, за Россию.

Вот только большая она, да и подумать о тебе ей недосуг. Все как-то некогда, некогда.

И будешь ты один.

Говорят, что один в поле не воин.

Врут. Это не про наше поле говорят.

В нашем поле все воины. Просто от одного воина до другого расстояния очень большие, да и связи нет. Не докличишься. Вот и выходит, что ты, вроде, один.

А на самом деле вас там до хера.

И все как на подбор - на сотню полтора раза на перекладине подтягиваемся.

Русичи, мать вашу, в кирзовых до сих пор сапогах!

А голова, как картошка на палочке над воротничком гимнастерки торчит.

Ах, Русь, Русь! Где ты? Что ты? Как ты? Все спросить тебя хочется: Русь, а Русь, ты когда нас любить будешь, а? А то все мы тебя любить должны, да опять мы! Безответная какая-то все у нас с тобой любовь. Покажи нам хоть раз свое личико, чтоб знали мы - вот она, мать-то наша! А то все вместо твоего лица харя какая-то лезет, да и представляется харя та исключительно от твоего святого имени.

От того и сомнения наши: а есть ли у тебя вообще-то лицо? А, может, и нет его? Может, оно повреждено безвозвратно или болезнь какая-то ее перекосила.

Может, мурло это, то, что все время лезет вперед и в нас тычется и есть то самое обожаемое твое личико? А нам и невдомек! И не понимаем мы.

Как ты считаешь, а, Русь?

apokrovski @ 2005-04-12T10:28:00

2005-04-12T06:26:58Z

На глубине более ста метров в Баренцевом море почти круглый год температура воды близка к нулю. Когда из затонувших и поднятых через год лодок доставали подводников, то они были, как живые. На воздухе лица их начинали быстро темнеть. Как в ускоренном кино - взрывное тление.

Выносили их, в том числе, и молодые матросы. Всем давали спирт.

Но особенно тяжело было доставать из отсеков тела после пожаров. Рассказывали, что он, вроде, целый, а как тронешь, так и пошел в руках - "... как вареная рыба..."

На корпусе стоял бидон со спиртом. Ребята, перед тем, как спуститься в люк, хватанут по кружке и пока стоят в очереди на спуск - пьяные, а как выходят из лодки, так уже все трезвые...

apokrovski @ 2005-04-11T10:30:00

2005-04-11T06:28:48Z

Меня попросили написать резюме о самом себе для банка. Я написал.

Потрясающий, невероятный, блистательный, непредсказуемый, умопомрачительный, дивный, чудный и пышнопоножный директор издательства "ИНАПРЕСС".

И!

Писатель, именем которого заполнена всемирная паутина.

Автор известнейшей книги "Расстрелять!.."

А так же книг: "Расстрелять - 2", "Бегемот", "Каюта", "Кот", "Корабль отстоя", "Система", "Мангушев и молния", "Люди, лодки, море...", и книги "72 метра", по мотивам которой снят одноименный фильм, выдвинутый недавно на премию "Какой-то там орел".

И, кроме того,

ваш покорный слуга.

apokrovski @ 2005-04-10T18:53:00

2005-04-10T14:51:56Z

Я затеял сборник в серии "Покровский и братья". Там я собрал пишущих об армии и флоте. Веселые и не очень рассказики тех, кто служил - ходил, летал, плавал.

Говорящего не превратить в скотину. Мне хочется, чтоб армия заговорила.

Сборник называется "В море на суше и выше..."

История этого сборника такова. Однажды пришел ко мне Вадим Федотов и сказал: "Саня! Пикуль писал вместе с литературными неграми. Они все готовили, он обрабатывал и выпускал под своим именем. Давай, я буду таким негром, буду поставлять тебе рассказы, а ты будешь их обрабатывать и публиковать под своим именем". Один его рассказ я передел, и включил в свою очередную книгу под своим именем. Это рассказ "Гвардия", а потом я переделал еще два его рассказа, но сказал ему: "Давай-ка мы соберем еще несколько человек и сделаем сборник, и эти рассказы включим туда под твоим именем". Так появился на свет этот проект.

apokrovski @ 2005-04-08T11:38:00

2005-04-08T07:36:52Z

Д. конечно, не прав. Не думаю, что он так туп, что не понимает ничего в моем творчестве. Он лукавит. Передергивает, как мелкий шулер.
Мои рассказики защищают человека на флоте. Начальство всегда относилось к людям, как к отработанному материалу. Это гнусно.
Смех, мне кажется, говоря высоким "штилем", дело Божье, этакое вселенское понимание.
Человек смеется, потому что он счастлив тем, что он понял.
Это как прикосновение, посыл "свой-чужой".
Засмеялся - свой.

Человек шутит. Это лучшая защита. К шутящему не пробиться. Он вообще не здесь.
Мне написали, что надо пожить под паровым катком, чтобы трехмерную жизнь ценить как высшую ценность.

apokrovski @ 2005-04-07T13:59:00

2005-04-07T09:57:42Z

О совести нации.

Жила нация без совести, потом появилась совесть, которая стала ходить за нацией и предлагать себя.

А нация отказывается, говорит: "На кой мне", а та все талдычит: "Но это же общепринятый общественный институт, как вы не понимаете? В цивилизованном обществе, кроме нации, существует еще и совесть!" - "Это ты-то совесть моя?" - "Это я" - разговор без конца.